СНОЯВЬ

Снилось, будто я проснулась среди ночи и пошла на кухню попить воды. Захожу — а там сидит покойная бабушка за столом, как раньше, в своём халате. Она не удивилась, просто сказала: “Сядь, поговорим”. Мы сидели молча, и мне было не страшно, только тяжело на душе.

Как будто и правда среди ночи вышла — темно, тихо, дом спит, а на кухне вдруг этот жёлтый свет, стол, кружка… и бабушка, как живая, в своём халате. Не как привидение, а как будто всё, как раньше: она сидит, смотрит знакомо, по‑своему, и не суетится. И вот её простое: «Сядь, поговорим». А слов нет. Вы просто сидите, и внутри тяжело, будто ком в груди. Не страх, а какая‑то тихая боль. Похоже на такую встречу, когда очень много накопилось, а сказать вроде и нечего, и не знаешь, с чего начать. Душа тянется — рядом с ней спокойно, по‑домашнему — а внутри неспокойно, что‑то не отпущено до конца. Как бывает, когда человека уже нет, а ощущение, что разговор так и не был доделан: не спросила, не поблагодарила, не попрощалась как хотелось. То, что вы сидели молча, — тоже о многом. С бабушками часто так: можно молчать, пить чай, и в этом уже полразговора. Там не слова важны, а само присутствие. Может, вам сейчас в жизни как‑то одиноко внутри, хочется, чтобы рядом был тот самый взрослый, надёжный, который просто посидит рядом и скажет хоть взглядом: «Я с тобой, выдержим». У нас говорили: «Снятся те, кого душа зовёт». Не обязательно потому, что что‑то плохое, а потому что сердце к ним тянется. Тут будто вы сами себе устроили эту ночную кухню — место, где можно посидеть с тем, кому доверяешь без слов. Такой сон обычно приходит не просто так, а когда внутри назрел разговор — не столько с бабушкой, сколько с самой собой. Может, чего‑то не даёте себе прожить до конца, держите в себе. Попробуй потом днём, по‑тихому, мысленно сесть с ней за тот же стол, «договорить» то, что в сне не сказалось. Часто после этого внутри полегче становится.